Шах и Искандер, два брата из башкирской деревни Тимирово, до войны работали на лесозаготовках, а на специальную военную операцию попали по мобилизации в 2022 году.
Со временем оба стали служить в группе эвакуации разведывательно-штурмовой бригады «Волки» Добровольческого корпуса Южной группировки войск. Однажды за Соледаром их группа попала в тяжелый бой. Под шквальным огнем им нужно было преодолеть два километра открытой местности, чтобы уничтожить укрепленную позицию ВСУ. Используя складки рельефа и воронки, они добрались до вражеских блиндажей за 45 минут и забросали их гранатами, уничтожив засевших там бойцов противника.
В ходе боя «Волкам» удалось захватить ценные карты и образцы натовского вооружения. Однако противник, обнаружив штурмовиков, направил на них рои дронов и открыл артиллерийский огонь. Один из сброшенных снарядов смертельно ранил Искандера. «Я взял на руки брата, он издал два последних вздоха, и его голова безжизненно откинулась, — вспоминает Шах. — В этот момент я услышал свист — это очередной дрон сбрасывал снаряд. «Вог» врезался в землю в четырех метрах сзади меня и не взорвался. Далее я наблюдаю такую странную картину: к «вогу» подходит мой напарник Моряк, берет в руки, пару секунд разглядывает и бросает подальше в кусты. Снаряд взрывается, нас едва не сносит с ног взрывной волной, но ни один осколок в нас не попадает…».
После гибели брата Шах, спрятав его тело, бросился спасать раненых, которых на поле боя уже становилось все больше. Он нашел брошенную эвакуационную тележку и сумел вывезти с позиций 15 получивших ранения бойцов. Только затем он вернулся за телом Искандера. Выносить его на носилках пришлось два дня, помогая другу Моряку. Обоих тогда задело осколками — Моряка отправили в госпиталь в Ростов-на-Дону, а Шаха оставили в медроте. Боец признается, что после потери брата воевать стало психологически тяжелее, но его самое трудное испытание было еще впереди.
После лечения Шах вернулся на передовую и сразу попал в бой, где группу штурмовиков атаковал гексакоптер «Баба-Яга». Бронежилет не выдержал удара, и осколок вошел Шаху в грудь, застряв прямо под сердцем. В отряде его посчитали погибшим. Сколько он пролежал без сознания, не помнит. Очнувшись уже в темноте, он сбросил разбитый бронежилет. «Кусок металла, еще теплый, вошедший в плоть, был длинным, конец его торчал из груди. Шах выдрал его голыми руками, из раны сильно захлестала кровь…» — вспоминает он. Своими силами он перевязался, остановив кровотечение, и заполз в ближайший блиндаж.
Восемь дней он провел в этом укрытии, питаясь найденными водой, шоколадом и колбасой. На девятый день в блиндаж влетел дрон-камикадзе и взорвался у стены. Вслед за ним залетел второй, который зацепился за мешок и упал, вызвав пожар. Осознав, что в углу лежат противопехотные мины, Шах выбрался наружу и пополз в сторону российских позиций, до которых было около полукилометра.
Эти полкилометра дались ему с огромным трудом. Первые 150 метров он преодолел за ночь, двигаясь только в темноте, а днем скрываясь в воронках или блиндажах. Рана воспалилась, силы были на исходе. На четвертые сутки, почти у самой цели, он понял, что больше не может двигаться. Здесь его и обнаружили двое бойцов из своей же бригады «Волки». «Ты кто?» — спросили они, наведя оружие. «Я Шах…» — прохрипел он. «Как Шах? Ты же умер? Призрак, что ли?» — удивились часовые. «Дурики вы, ребята…» — успел улыбнуться Шах, прежде чем потерять сознание.
Два месяца он провел в госпиталях, а после выздоровления вернулся в свою бригаду. Сейчас Шах осваивает новую воинскую специальность — зенитчика, готовясь снова отправиться на передовую.
