Тарасовская художница Элла Кононова получила признание в профессиональной среде, как иконописец.
Много лет занимаясь самообучением, она достигла таких ступеней в живописи, которые позволили ей войти в эту немногочисленную когорту. Сегодня на всю Ростовскую область насчитываются единицы мастеров, умеющих создавать святые лики с соблюдением всех церковных канонов. В ближайшее время Э.В. Кононова представит портфолио своих работ на суд профессионалов, которые утвердят нашу землячку в качестве мастера иконописи в ростовском филиале Творческого союза художников России в секции религиозного искусства.
— Желание продолжать учиться и расти толкнули искать профессиональное сообщество, — говорит Элла Викторовна. — И сегодня меня фактически уже приняли в ряды иконописцев, признали. Осталось лишь соблюсти формальности. В ближайшее время отвезу фотографии своих художественных работ и несколько икон на творческое обсуждение коллегам в Ростов-на-Дону. Пройду официальное утверждение. А вообще занимаюсь изучением и совершенствованием в ремесле иконописи вот уж скоро 30 лет. Мне посчастливилось познакомиться и подружиться с настоящим мастером, обучавшимся истокам древнерусского письма в школе иконописания Сергиева Посада, с Верой Михайловной Будановой. Как-то во время пленэра в одном из старинных хуторов Усть-Донецкого района — Ещеулове — судьба определила меня на постой на квартиру к этой женщине, ставшей для меня впоследствии путеводной звездой. Во мне уже был интерес к иконописи, нужно было лишь не проглядеть нужный поворот в судьбе. Должна сказать, что ранее на меня произвел сильное впечатление мой бывший однокурсник по Астраханскому художественному училищу, который неожиданно для всех оставил наше заведение и поступил в Московскую духовную семинарию, на отделение иконописи. Конечно, сам этот факт был необычен для советского времени. Но больше меня поразили те внутренние перемены, которые произошли с человеком за короткое время первого года учебы. В памяти живы впечатления, как вместо привычного веселого паренька мы увидели сосредоточенного, молчаливого и безмятежного молодого человека с каким-то неземным светом в очах. Можно сказать, столкнулись с чем-то необъяснимым и загадочным. При этом он отличался простотой в общении, не задирал нос и поддерживал беседу любезно, но сдержанно. Я тогда почувствовала большую внутреннюю силу и осмысленность бытия в этом молодом человеке. Поняла, что именно опыт духовной жизни поспособствовал его переменам. Тогда же я узнала, что сам процесс написания иконы равняется литургии. То есть это, по сути — такое же богослужение, как чтение священных текстов и совершение ритуалов. С той поры мысль о написании святых образов не давала мне покоя. Думаю, что Господь подготавливает нас для служения еще с рождения, каждого наделяя определенным темпераментом, пригодным для того или иного дела. Чтобы корпеть над образами, нужны не только усидчивость, но и любовь к уединению, решимость ограничить себя во многих мирских вольностях ради достижения особого состояния духа. Только при таком подходе получится вместе с небесными силами сотворить икону, которую в церкви еще называют «окном в горнее».
Так вот, возвращаясь к моей встрече в Ещеулове с иконописцем. Я жила у этой женщины целую неделю. Стены ее небольшого домика были увешаны картинами и поучительными надписями с правилами поведения. Вместе мы ходили на этюды, я узнала много интересного в процессе общения. Рано утром просыпаюсь, а у Веры Михайловны уже готов новый рисунок. Оказалось, что она спала очень мало и большую часть жизни посвящала работе, ценя каждую минуту. Я тогда впервые так близко соприкоснулась с иконописцем и многое у нее почерпнула, записывая в тетрадку какие-то важные мысли, принципы. Кстати, Вера Михайловна Буданова — первая женщина-иконописец в Ростовской области, который стал рисовать, используя минеральные пигменты. Их преимущество в яркости и неизменности цвета со временем. Трудоемко, конечно, и не дешево, но оно того стоит. Вера Михайловна научила меня работать с минеральными красками, дала список необходимого для полноценного процесса иконописи.
Во время недельного пленэра художники не только выходили на этюды, но и посещали местный храм. По воспоминаниям Эллы Викторовны, настоятелем там был батюшка Андрей, который неожиданно благословил Кононову на иконописание. Этот случай произошел во время чаепития у него дома. Вера Михайловна рассказала батюшке о том, чем занимаются приезжие художники и какие темы они выбирают для своих работ. Отец Андрей внимательно выслушал ее и затем обратился к Элле Викторовне с благословением.
— Честно говоря, испугалась, — признается художница. — Понимала, какая ответственность на меня возлагается, как нужно поменять свою жизнь, чтобы полноценно и честно заниматься этим ремеслом. Из рассказов Веры Михайловны я знала, что иконописец во время работы находится в отдельной комнате-келье, куда посторонним вход запрещен. Он молится, исповедуется. Я долго не могла ступить на этот непростой путь и первую икону написала маслом лишь в 37 лет.
После отъезда из х. Ещеулова связь между Кононовой и Будановой не прерывалась. Элла Викторовна трижды еще бывала в гостях у своего учителя, осваивая премудрости работы с минералами, золочение, другие методы и техники. Пришлось многое изучить, прежде чем взяться за дело. Заложенные великим русским иконописцем Андреем Рублевым каноны по-прежнему остаются незыблемыми и требуют соблюдения порядка 700 догматов. Они предусматривают определенные стандарты в перспективе, цвете, позах персонажей, выражениях их лиц. А отступление хотя бы от одного из этих установлений перечеркивает весь образ. Например, зрачок глаза на иконе всегда пишется немножечко удлиненным, а не круглым, как мы привыкли видеть в классической живописи. Таким образом выражается мысль о бесстрастном спокойствии, умиротворенном состоянии духа того или иного святого. То есть тут — не место реализму. Все направлено на изображение тонкой стороны сущности образа.
Со временем Элла Викторовна стала работать в местных храмах. Ее кисть коснулась стен церкви Тихона Задонского в Тарасовском, рисовала в слободе Ефремово-Степановке, в Большинке. Приглашали нашу художницу и в Миллеровский район. Нередко обращаются к ней верующие с просьбой написать именные иконы. Однако Элла Викторовна не забывает и о академической живописи и своей педагогической деятельности. Она уже много лет обучает юных художников в Детской школе искусств, передавая им свои знания и опыт.
