В этом году Ростовская область отмечает 120-летний юбилей великого русского писателя, нашего земляка Михаила Шолохова.
Поездка по родным местам донского прозаика в моей семье планировалась давно. На празднике «Шолоховская весна» бывали не раз, а вот в станице Каргинской и в хуторе Кружилинском, где родился и вырос нобелевский лауреат, не довелось. От Тарасовского до тех мест чуть больше 100 км. Решено, едем, это же совсем рядом!
Казак на коне
Экскурсия по шолоховским местам началась уже в дороге. На повороте на Кружилинский, на холме, стоит памятник «Казакам Тихого Дона» — казак верхом на коне. Наверно, это все же он — Гришка Мелехов, мне кажется, все памятники казаков здесь похожи на него.
Монумент хорош! Место выбрано правильное. Он — виден издалека. Стоять на самом верху на ветру и смотреть вокруг здорово. А вот остаться в одиночестве довольно сложно. Машины с желающими сфотографироваться с «Григорием Мелеховым» останавливаются почти без перерыва. Место очень популярное. Но мы все-таки успели сделать «открыточный» кадр.
Автором памятника является наш земляк, тарасовец Н.В. Можаев. Может быть, потому что скульптор родился и часто бывал в хуторе Можаевка, у него получилось так честно и просто создавать героев-казаков.
Мне посчастливилось пообщаться несколько лет назад лично с монументалистом и услышать историю создания шолоховских памятников, как говорится, «из первых уст».
— Мы семьей работали в поле, — вспоминал Николай Васильевич Можаев. – Вдруг подъезжает «УАЗик» — на нем тогда ездили «серьезные» люди, милиция. «Гости» предлагают мне проехать с ними. Женщины в плач, мама просит заехать домой и взять сменную одежду, сухарей, у меня мысли «одна горше другой». Попрощался с родными и поехал. Но поездка оказалась не такой трагичной, как представлялось. Привезли меня в Вешенскую. Михаил Шолохов встретил меня на крыльце дома, жена писателя — Мария Петровна напоила чаем.
Писатель попросил сделать эскизы памятников героев его произведений, рассказал, как он их видит. В итоге из большинства представленных другими скульпторами рисунков он выбрал мои.
Надо сказать, что дружба Николая Можаева с семьей Михаила Шолохова продолжилась.
Можаевский скульптор неоднократно встречался с М.А. Шолоховым, представлял свои работы на художественных выставках в станице Вёшенской, делился с писателем творческими планами. Михаил Александрович высоко ценил мастерство скульптора, поддерживал его идею создания серии композиций, посвящённых героям «Тихого Дона», «Поднятой целины», «Донских рассказов», «Судьбы человека». За выдающийся вклад в воплощение творчества писателя в скульптуре Николай Васильевич был удостоен Международной премии имени М.А. Шолохова в области литературы и искусства.
Внебрачный сын
А вот и хутор Кружилинский, где в 1905 году родился мальчик Миша Шолохов, который вырос и стал великим писателем, нобелевским лауреатом и общественным деятелем. Хутор довольно большой, имеет несколько улиц, собственную школу и церковь. Но вся жизнь Кружилинского крутится вокруг Шолохова. Найти дом, где родился великий писатель, несложно, везде стоят указатели.
Я слышала две истории подворья Шолоховых, что это не тот самый, а копия, специально созданная для музея, и что изначально он стоял не здесь, сюда его перенесли, когда музей создавали. Где правда, не знаю. Мне больше нравится вторая — дом настоящий.
Если честно, то я не ожидала встретить наплыва посетителей. А оказалось, что экскурсии по шолоховским местам весьма популярны, и не только мы решили использовать выходные для «расширения кругозора».
Однако работники музея умело распорядились потоками людей, поэтому мы смогли все внимательно рассмотреть, а экскурсовод — приятный и знающий парень — интересно рассказал историю семьи донского прозаика и ответил на все интересующие нас вопросы. Пусть речь гида плавно лилась заученным потоком, но всегда можно было вызубренный текст «поставить на паузу» и пообщаться с экскурсоводом на человеческом языке. Это приятно!
Семья Шолохова была скорее зажиточной, чем бедной. Отец будущего писателя, Александр Михайлович работал приказчиком у купца Парамонова. Был образованным, «видным» в хуторе человеком. С малыми и большими заботами шли к «Михалычу» земляки. Он помогал советами, писал письма, ходатайства, жалобы. Казаки его уважали за простоту, общительность и ум.
Михаил Шолохов был внебрачным сыном. Его мать, работая экономкой у Александра Шолохова, ушла от нелюбимого мужа и родила ребёнка «хозяину» в 1905 году. Маленький Миша даже носил фамилию мужа матери, Кузнецов. И только когда в 1913 году он умер, его родной отец смог усыновить своего сына. А до этого он считался «нахалёнком», как и герой его «отчасти биографического» рассказа, как говорил сам писатель о «Нахалёнке».
Александр Михайлович, приобрёл дом в центре хутора Кружилина (ныне называется Кружилинский) в 1898 году. В усадьбу Шолоховых еще входили: двор, фруктовый сад, лавка, баня, амбар, конюшня и колодец.
Итак, дом Шолоховых — обычный казачий курень: верхи-низы, камышовая крыша, окна, украшенные наличниками. Всё в нем отражает быт семьи Шолоховых в начале 20 века.
Сначала по широкой лестнице поднимаемся в верхи и попадаем в холодные сени. Здесь гость мог подождать хозяев, если их не было дома. Пришедшие люди сидели тут на лавке или диване-сундуке. На столе – самовар, гости могли попить чай. Здесь можно было даже поспать. В диване-сундуке хранили постель.
Ах да, а как же зайти в прихожую, если никого нет дома? Дело в том, что казаки не запирали дома. Просто подпирали дверь веником.
Из прихожей попадаем в спальню. Кровать родителей и рядом детская кровать, вся в завитках. Говорят, что именно та самая, в которой спал маленький Миша. Обращает на себя внимание довольно небольшая родительская кровать. Гид Александр с юмором рассказал, что в старину она изготавливалась по росту хозяина, который всегда спал от стенки и только полусидя. У казаков считалось, что лежат на кровати только покойники. Жена спала с краю, потому что ей нужно было ночью вставать к детям. Тревожить сон казака было запрещено, иначе можно было и взбучку получить.
В красном углу икона и угловой столик с молитвенниками. В другом углу – большой сундук. Сундуки раньше использовали вместо шкафа. Женщины хранили в сундуках своё приданое.
Следующая комната – горница. По-современному – гостиная. И тоже в красном углу икона. Здесь стоит большой диван, обитый кожей. Горка полна посуды. Старинное двойное зеркало.
Хозяин занимался закупкой и перепродажей зерна, поэтому эта комната служила ему и кабинетом. Об этом говорят письменный стол, на нем керосиновая лампа, письменный прибор, счеты, книга отзывов.
Потом мы перешли в низы, так на Дону называли нижнюю часть дома. То, что обычно именуют подклетом. Сюда можно попасть двумя путями. Снаружи дома, или изнутри — через лаз в сенях, он был накрыт люком и вниз вела лестница. Лаз из дома сделан для того, чтобы зимой не выбегать на улицу и лишний раз не открывать двери, выхолаживая помещение. Мы же выходим «летним ходом» — обходим угол дома и с улицы спускаемся в низы, как в погреб.
Тут тоже есть сени, как и наверху. У стены – лестница, под ней кадушки для солений и сухие травы. Запах стоит от растений одуряющий и очень приятный. На лавке – всякая хозяйственная утварь.
Следующее помещение – стряпка. Тут стоит печь и у неё кровать, где можно было прилечь. Полы на низах глиняные. Их посыпали песком. У стены – горка с посудой. Посреди низов – стол с самоваром. Здесь встречали гостей и сами пили чай.
Летом на Дону стоит жара. А на низах всегда прохладно. Зимой же тут топилась печь и было тепло.
Во время экскурсии Александр задавал нам вопросы, например, показал предмет, похожий на выбивалку для ковров, только с вогнутым ковшиком, и спросил, что это.
Мы замялись. Я было подумала, что это мухобойка. Но с ней можно полдня за мухой гоняться. Оказывается, это самодельная шумовка для вареников! Ну, а что дыры великоваты, так и вареники были покрупнее, чем сейчас мы привыкли, да и семьи большие.
Отец Шолохова занимался торговлей, поэтому у них была лавка. Интересный факт: если хозяина на месте не было, покупатель мог сам взять все, что ему было нужно, а деньги оставить на прилавке. На полках большой выбор: бакалея, посуда, галантерея, упряжь.
Лавка Александра Шолохова Понятно, что не все вещи, находящиеся сейчас на подворье, принадлежали семье Шолоховых. Но все они подлинные, из тех времен, бережно сохраненные земляками писателя. Поэтому и живут они более 100 лет.
