В середине октября отметила 80-летний юбилей Любовь Николаевна Максимова. В Тарасовском районе её знают как школьного учителя, посвятившего полвека этой благородной профессии. Она до сих пор помнит всех своих учеников по именам, а бывшие выпускники неизменно поздравляют любимого педагога с днём рождения.
— Считаю, что судьба преподнесла мне большой подарок в виде возможности последовать своему призванию. А это именно оно. Ведь профессия была и остаётся любимой. Я проработала в ней 51 год и состоялась как учитель, — говорит Любовь Николаевна. — Что ещё поняла за эти годы? Поняла, что в целом я — счастливый человек. У меня хорошая семья. Я состоялась как мама и бабушка. Сыновья постоянно поддерживают, помогают в быту, вместе отмечаем какие-то важные семейные события, праздники. Очень горжусь внуками. Катюша окончила в этом году Московский университет дружбы народов с красным дипломом, а Саша в числе лучших в Тарасовском районе сдал «химию» на выпускных экзаменах, после чего поступил в Энергетический институт на факультет биотехнологий в столице.
— Ваша доля в этом успехе есть?
— Катя только об этом и говорит, — улыбается Любовь Николаевна. — Конечно, по-другому и не могло быть. Ведь я не перестала быть учителем, несмотря на то, что давно уже не работаю. Трепетная любовь, помноженная на огромный педагогический опыт, помогла сориентировать внуков на стремление к развитию, достижению высоких целей в жизни, умению преодолевать трудности в учёбе. Постоянно с Катей и Сашей на связи. Делятся новостями, советуются, поздравляют с праздниками.
На полках с книгами в комнате стоят фотографии родных Любови Николаевны. Среди них — старые черно-белые портреты мужчины в офицерской фуражке и женщины, одетой по моде 40-х годов прошлого века.
— Это мои родители, — рассказывает Любовь Николаевна. — Папа был кадровым военным. После взятия Кёнигсберга его оставили работать в комендатуре города. С мамой они повстречались там же. Она, после окончания педучилища, в 18 лет ушла добровольцем на фронт. Работала в разведке в политотделе. В возрасте чуть более года я тяжело заболела дифтерией. Отец принёс меня, задыхающуюся, в военный госпиталь Кёнигсберга к работавшим там немецким врачам, но они лишь развели руками, высказав неутешительное заключение: «Капут». Отец, потрясённый возможным трагическим исходом, выхватил пистолет и, направив на профессора, заявил: «Если не спасёте мою дочь, то нам всем настанет капут!». Почти три месяца я дышала через вставленную в гортань трубочку. Есть толком не могла, и поэтому меня кормили жидким шоколадом. С тех пор на дух его не переношу. Потом, в 1949 году, папу комиссовали, и он перевёз нас на свою малую родину в х. Н. Тарасовка.
Мама Любови Николаевны, Ирина Сергеевна, была родом из Орловской области. Дедушка водил маленькую Любу там по тургеневским местам, показывал имение писателя — Спасское-Лутовиново — рассказывал, как Иван Сергеевич создавал здесь свои знаменитые «Записки охотника» и «Отцы и дети». Так с детства будущий педагог приобщилась к литературе и туризму, и эту любовь пронесла потом через всю жизнь. Например, в студенчестве прошла многими маршрутами по Кавказу, а потом, уже став школьным учителем, не раз возила своих ребят к Эльбрусу, поднималась с ними по горным тропам, любуясь невероятной красотой природы.
— А что привело Вас в профессию учителя?
— Школой я увлеклась лет с четырёх. Мама тогда стала работать в Колодезянской «восьмилетке», преподавала историю. Я часто проводила с ней время на работе. На одном из уроков меня поразила тема восстания декабристов, и я на Новый год Деду Морозу с табуретки вместо детского стиха про ёлочку, к всеобщему изумлению, рассказала строки из Александра Одоевского:
«Струн вещих пламенные звуки,
До слуха нашего дошли,
К мечам рванулись наши руки,
И — лишь оковы обрели».
«Как тебя, девочка, зовут?» — спросил учитель-фронтовик Илья Дмитриевич Костюков, преподававший тогда физкультуру. Я громко и внятно отрапортовала: «Любовь Николаевна Галушкина!». Все рассмеялись, и с тех пор учителя частенько обращались ко мне по имени-отчеству, вызывая к доске.
Спустя 20 лет, с дипломом Луганского пединститута, уже и сама Любовь Николаевна пришла работать в Колодезянскую школу, чтобы вести там уроки литературы. Её учениками стали дети бывших маминых выпускников. Вышла к тому времени замуж, и с ней вместе в одном педколлективе тогда трудился муж — Александр Иванович Максимов. Преподавал детям музыку, был прекрасным баянистом и участвовал в художественной самодеятельности рабочего посёлка рудоуправления. Музыка в семье педагогов Максимовых занимала такое же важное место, как и литература с историей.
На тот момент школа остро нуждалась в преподавателе немецкого языка, а взять его было негде, и тогда Любовь Николаевна продолжила филологическое образование, поступив заочно в Ростовский педагогический институт на отделение иностранных языков. И хотя любила литературу всей душой, не пожалела об этом шаге ни разу. Через 5 лет, уже с новым дипломом, она перевелась на работу в Тарасовскую среднюю школу.
— Можно немало интересного вспомнить из педагогической практики, — рассказывает Любовь Николаевна. — Было много ярких ребят, с каждым из которых связана какая-то история. Например, однажды приехал инспектор из областного отдела образования в Тарасовский район с проверкой и на экзамене по литературе в нашей школе стал дотошно и сверх положенного «гонять» выпускников по программе. Смотрел в табель посещаемости и требовал ответить по темам, которые были пропущены кем-то из ребят по болезни или другим причинам. Наши ученики блестяще справились с задачей, отстояв и свою честь, и нас — педагогов.
В 1995 году Любовь Николаевна Максимова вместе со своим последним выпуском ушла из школы, но после этого ещё 15 лет отдала педагогической деятельности в Тарасовском техникуме. Здесь, помимо преподавания немецкого языка, вела уроки обществознания и медицинского дела.
— В ПТУ, потом ставшем техникумом, тоже было интересно работать, — вспоминает она. — Учащиеся, хоть и вчерашние школьники, но уже с более серьёзным настроем. Ведь они уже пришли, чтобы получить профессию и завтра шагнуть в самостоятельную взрослую жизнь.
— За что любили свою работу?
— Это, в первую очередь, живое общение, — загораются глаза у Максимовой. — Было наслаждением наблюдать, как постепенно несмышлёныши взрослеют, как развивается их ум, какими серьёзными они становятся с годами на глазах. Каждого помню: все их проделки, сочинения, ответы на уроках. Для меня все они остались как друзья. Слежу за их судьбами, радуюсь их успехам и сопереживаю потерям. Когда в «Родной стороне» вижу заметки о своих учениках, то обязательно вырезаю эти материалы и вклеиваю в альбом рядом с фотографиями этих ребят.
— Какие-то награды и звания за профессиональную деятельность в эти годы получали?
— Ничего такого. Я совершенно не амбициозный человек и не стремилась к этому. Даже аттестацию на высшую категорию не захотела проходить, как ни упрашивало меня руководство. Самой значимой и настоящей наградой считаю успехи моих учеников, их внимание и уважение спустя многие годы.
— Какие любимые занятия помимо работы у Вас были или есть?
— Жить! Занималась закаливанием — больше 20 лет регулярно обливалась ледяной водой. На досуге много вышивала крестиком и потом раздаривала дорогим людям. С удовольствием читала и читаю русскую литературу, обожаю внуков, люблю своих детей. Сегодня старший сын Александр продолжает нашу педагогическую династию, работая в Тарасовской школе №2 учителем физкультуры. Я очень этому рада, зная, какую отдачу даёт работа, какой смысл несёт в себе миссия учителя в жизни людей в будущем.
Нашу встречу Любовь Николаевна закончила стихами поэтессы Елены Промской:
«Пусть кто-то жизнь клянет за неудачу —
Не удалась, не одарила, не спасла.
Но мне приносит радость, я не плачу —
Спасибо ей за Вас, мои друзья!
От теплых Ваших слов душа оттает,
Подставите в беде свое плечо.
Легко живётся, когда другом станет
Вам человек, чьё сердце горячо».
