Война за колючей проволокой

Написано на основании реальных событий

Автор произведения — Андрей Александрович Рафтопуло. Перед увольнением из органов МВД работал начальником пресс-службы подразделения Главного Управления МВД России по Южному Федеральному округу, подполковник полиции в отставке. Он автор книг «Это было под Пальмирой», «Мы за правое дело дрались, камарад», «Повесть о солдатской матери» и других. Имеет государственные и ведомственные награды. Кроме этого А.А. Рафтопуло на протяжении длительного времени сотрудничает с ветеранскими организациями. Это сотрудничество выражается в подготовке интересных публикаций о ветеранах. Статьи печатались в газетах «Ветеран Дона», «Милицейские ведомости», «Полицейские ведомости Дона» и «Таганрогская правда».

Нынешняя повесть посвящена сотрудникам правопорядка, которые в годы Великой Отечественной войны не щадя себя защищали свое Отечество.

При написании произведения автор встречался с ветеранами пенитенциарной (тюремной) службы. Особенно запомнились воспоминания одного из них, служившего оперативником в еще военное время в лагере для немецких военнопленных. Дело в том, что под личиной обыкновенных немецких солдат было много скрывающихся нацистов, столько принесших горя нашему народу. С обычными немецкими военнопленными поступали нежестко. После отработки на восстановлении разрушенных войной производств им разрешали вернуться на родину, в Германию. В отношении же фашистов — разговор был однозначным. Их выявляли, предавали суду, и мера наказания чаще всего была единой.

Такой вот нелегкой работой по выявлению скрывающихся фашистов занимались оперативники лагеря. Ранее это произведение было подарено небольшим тиражом музею работников ФСИН по Ростовской области. События происходят в несуществующем городе Петроазовске (прототип города Таганрога), повествование ведется от первого лица, которого автор, по известным причинам, не называет.

В книге использованы следующие источники: А. Кузьминых «Иностранные военнопленные и советские женщины» (Отечественная история. — 2008 г. — № 2), недавно рассекреченные документы о деятельности по выявлению военных преступников и вышедшая недавно в Германии книга «Soldaten» (авторы Sцnke Neitzel и Harald Welzer). Имена и фамилии персонажей произведения «Война за колючей проволокой» — вымышленные, но все описываемые события реальны и имели место в действительности. Наряду с этим присутствует художественный вымысел автора.

ВВEДEНИE

Моя фронтовая офицерская молодость прошла на полях сражений, и это непростое время как бы разделилось для меня на две половины, на две войны.

Первая — это когда я, новоиспеченный лейтенант (только что после училища), командир «тридцатьчетверки», воевал с врагом, начиная с Курской битвы и заканчивая тяжелейшими боями на востоке Белоруссии, в 1944-м году. До сих пор не в меру услужливая память воскрешает те события. Нескончаемый рев, до боли в ушах, машинного дизеля, команды «заряжай!» и рявканье танковой пушки. Дикая трескотня пулемета, крики раненых и умирающих там, за броней. И мерзкий скрежет противотанковой пушки, по которой только что прошли, сминая, гусеницы твоей родной «тридцатьчетверки». Ошеломляющий удар о броню немецкого бронебойного снаряда — и тебя охватывает пламя горевшего топлива. Контуженый, вытирая закопченной рукой черный пот, ты тащишь из подбитого танка механика-водителя, который уже без сознания, и выживет ли, одному богу известно… Потом тяжелые ранения и бесконечные прифронтовые госпитали, где тебя латают вдоль и поперек военные врачи, засыпающие, от бессонных ночей и нескончаемых операций, прямо за операционным столом. Потом снова бои, когда забываешь страх, который заслоняется горячкой боя и твоим нервным напряжением.

Редкие военные парады у пробитого пулями знамени полка, где тебя с другими, отличившимися в бою, награждают орденами и медалями. Только ты знаешь, какой дорогой ценой ты заплатил за эти наградные кусочки металла. А еще есть металлические кусочки-осколки, которые до сих пор сидят в твоем израненном теле, потому что вытащить их просто невозможно. И это тоже память. Долгая память на всю оставшуюся жизнь.

Но я прошел еще одну войну. Не менее коварную и беспощадную. Там тоже гремели выстрелы, и лилась людская кровь, когда приходилось задерживать врага. Там тоже были и горе, и человеческие страдания. Но там не было открытых сражений. Там чаще всего друг другу противостояли борьба умов, колоссальная выдержка и великое терпение. «Ограниченно годным к службе» меня направили на должность оперативника в лагерь для военнопленных.

Одновременно в нем отбывали наказание и содержались до 25 тысяч человек разных национальностей. Немцы, румыны, итальянцы, японцы, венгры, даже поляки и французы.

Пленные работали, в основном, на восстановлении промышленных предприятий. Питали их по норме, лучше, чем любого гражданского жителя. Но жизнь за колючей проволокой делала свое черное дело -смертность среди пленных оставалась высокой. Со всеми национальностями администрации и охране лагеря удавалось поддерживать нормальные отношения. Проблемы возникали, в основном, с японцами. Их даже содержали отдельно от всех. И когда завершилась война, постепенно началась репатриация военнопленных. Первыми отправили на родину поляков и югославов, последними — румын. Лично я прослужил в лагере до 1948 года.

Среди массы бывших захватчиков немало было таких, в годы войны творивших злодеяния на нашей земле. Жестокие пытки, массовые расстрелы, закапывание живьем -и это еще не все чудовищные преступления «коричневой чумы». Людей угоняли на каторжные работы в Германию, сопротивляющихся ждали «лагеря смерти», из которых уже никто не возвращался. Их имущество грабилось, жилища разрушались и сжигались.

Таких зверей в людском обличье мы выявляли, направляли в трибунал, и мера наказания чаще всего была одной…

До сих пор помню одного выявленного палача, эсэсовца из дивизии СС «Мертвая голова». Аккуратного, выбритого и следящего за собой даже в плену. Он был очень начитан и в свободные от работы часы довольно неплохо играл на скрипке. В сферу своей деятельности мне приходилось читать его письма в Германию детям, супруге, которых он боготворил. Немецкая сентиментальность дышала во всех строках письма, и он просил их немного потерпеть до его скорого возвращения.

(Продолжение следует).

***фото:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта

    Предложите свою новость и мы опубликуем ее на сайте. Для этого пройдите 4 простых шага:



    Ваши контактные данные будут видны только модератору сайта и не будут опубликованы