subscribe
Печатное издание
Мы в социальных сетях

Удача любит терпеливых

12 июля — День рыбака

Лучший способ отпраздновать- наловить рыбы и, тут же на берегу, сварить ухи на костерке из своего улова. И если в наших степных краях, где рек и озер немного, на богатый улов рас-считывать не приходится, то,имея под рукой машину, нетрудно отправиться на выходные к Дону или Волге, чтобы провести праздник, как говорится, «по полной программе». В нашем районе немало по — настоящему увлечённых рыбалкой людей,жизнь которых наполнена впе- чатлениями от общения с природой и рыбацкими историями.Об одном таком человеке и хочется рассказать. Сергей Колесников, уро-женец х. Н. Тарасовка (рыбак со стажем больше 30 лет):

— Испокон веков рыба для человека была значимым ресурсом и, живя по берегам рек, люди не только ловили её, но и боготворили водоёмы, как источник жизни. Поэтому настоящий рыбак никогда не плюнет в воду и не намусорит на берегу, опасаясь потерять удачу и остаться без улова. Меня этому учил мой дед Антон, который прожил всю жизнь на рыбной речке Чир. Сазанов вытягивал из воды огромных, как поросята — не помещались в его плоскодонке. Помню, как бабка постоянно охала да ворчала, когда он возвращался домой с богатым уловом. Дед чистить и разделывать рыбу не любил. Вся эта грязная работа доставалась его жене.Лет с семи он стал брать на рыбалку и меня. Первые впечатления — самые сильные и светлые. И теперь, когда иногда тяжело на душе, я всегда вспоминаю одно наше летнее раннее утро вдалеке от станицы на реке.Солнце только показалось над горизонтом, а воздух уже душный,и над водой стелется лёгкая дымка. Медленно закручивается ленивая волна под веслами деда,в камышах непрестанно перекрикиваются птицы, молчаливый лес высится тёмной стеной с обеих сторон и уходит за поворот.Мы становимся на якорь, и дед Антон начинает без промедления,сосредоточенно и степенно готовить снасти, закидывать прикорм. Всё это он делает без болтовни, в какой-то торжественной обстановке. Мне тогда казалось,что мы с ним в огромном храме,где он поп, а я служка. Подаю ему то коробку с колокольчиками, то вытаскиваю из-под его куртки нож, чтобы обрезать намокший и сильно затянутый узел на верёвке.И мы, и река — единое целое. Она движется, и всё живёт в ней и вокруг неё. И мы тоже тут делаем своё дело, не мешая никому. Мы- как часть этого вечного круговорота большой Жизни. То детское ощущение не покидает и по сей день.После того, как дед закидывает снасти в воду, мы сидим в ощетинившейся удилищами лодке и любуемся рассветом,играющим в ярком изумруде листвы кряжистых осокорей на низком песчаном берегу. Круги от мощных всплесков рыбы по всей глади Чира подсказывают, что она пошла на кормёжку. Дед замирает, как гончая, почуявшая невидимого фазана в высокой траве, чутко слушает реку, забывает затягиваться, и папироса тухнет в его тёмном от загара кулаке. Я тоже, наполненный его рассказами о рыбалке и невероятных уловах, стараюсь подражать старому рыбаку — сижу, не шевелясь, покусывая травинку в зубах, сорванную по дороге к пристани. Десять, пятнадцать минут — не клюёт. Солнце оторвалось от горизонта, а дед, чтобы я не заскучал, вполголоса объясняет что-то про узлы на лесках,поплавки и повадки рыбы. Я неслышно опускаю руку в прохладную воду, медленно вожу по ней пальцами, и мы оба слышим легкое дрожание колокольчика на донке. Дед, как коршун, бросается к удочке, и его рука, как осторожная кошка, подкрадывается к комлю удилища, готовая молниеносно подсечь клюнувшую рыбину. У нас обоих волнение и восторг от предвкушения борьбы с сильным толстобоким сазаном. Я мысленно уговариваю его не бояться взять наживку там, в сумраке холодной глубины. Дед подсекает! Весь становится каким-то угловатым, скорченным и хищным. У меня же суета и пересыхает в горле. Хватаюсь обеими руками за борт, потом вспоминаю, что надо готовить подсак. Не могу его выпутать из-под куртки и рюкзака, шумлю, рассыпаю червей из банки. Дед в это время как-то обмякает и крутит катушку не так энергично, как вначале — сход. Оборачивается ко мне и подмигивает. Для старого рыбака это не огорчение. Я потом лишь с годами понял, что дед ехал на реку не столько, чтоб поймать рыбы —дома не голодали — а чтобы увидеть рассвет, побыть наедине с рекой и собой. Будет улов —хорошо. Нет — тоже неплохо.Дедушка никогда не отчаивался и всегда говорил мне: «Внучок, удача любит терпеливых».

Давно нет деда, а я влюбился в рыбалку навсегда. И пускай в наших краях большой рыбы не поймать, всегда держу удочки наготове, и стараюсь выбраться куда-то в Тарасовском районе. Благо тут есть и речка Глубокая, и речка Калитва, и пруды кое-где с рыбой. Хоть кошкам, да натаскаю. Ну а если очень повезет, то катаемся с друзьями на Волгу или в устье Дона за серьезным уловом.И солидных лещей домой привозил весом под 4 килограмма, и сазанчиков, и толстолобом набивал сапетку. Всегда есть что и зажарить, и завялить. А помня наказ деда — уважать природу и благодарить её за дары — никогда не оставляю после себя мусор, да ещё и убираю за другими«рыбаками», вывозя с ребятами целые мешки «добра» до ближайших баков. И может поэтому нам всегда везёт и с погодой, и с уловом.

Оставить комментарий

Предложите свою новость и мы опубликуем ее на сайте. Для этого пройдите 4 простых шага:



Ваши контактные данные будут видны только модератору сайта и не будут опубликованы